Леви, оптовый торговец, пишет некоей певице: «Ваше душевное пение от 30-го числа прошлого месяца все еще звучит у меня в ушах, и мои чувства к Вам с последней де­кады июля до сего дня остались неизменными».

Ландсбергер застает свою жену на месте преступления с конторщиком и бросает ему с королевским достоинством:
—  С конца месяца эти отношения должны быть закон­чены!
Но спустя несколько недель он опять застает эту пароч­ку. Дело доходит до драки, и более сильный конторщик швыряет своего шефа под стол. Тот с трудом поднимается с пола и произносит:
—   Ваши полномочия с сегодняшнего дня прекраща­ются.

Шеф застает бухгалтера со своей женой. И молча вы­ходит из комнаты.
В день выдачи жалованья шеф говорит бухгалтеру:
— Я вычел у вас десять франков. И вы знаете почему!

Глава фирмы говорит кассиру:
— На прошлой неделе я увидел вас в постели с моей же­ной. Одно это мне уже не понравилось. Сегодня в кассе не­достает ста злотых. Если теперь случится хоть что-нибудь, я вас уволю!

Хозяин застает в своем кабинете собственную жену с делопроизводителем в весьма пикантной ситуации. Зады­хаясь от злости, он вопит:
—  Финкелынтейн, когда вы были у меня учеником, то имели кое-что из кассы почтовых сборов. Потом вы служи­ли на складе и имели кое-что из товаров. И вот теперь вы стали делопроизводителем, и я нахожу вас в собственной конторе с моей женой — и прекрати сейчас же, когда я с то­бой говорю!

Шлезингер едет к своему приятелю Гринбергу в ка­кой-то галицийский городок. По дороге с вокзала Грин­берг приветствует некую даму и шепчет на ухо Шлезин­геру:
— Эту вы можете заполучить за два гульдена.
Потом им попадаются еще полдесятка других дам, ко­торых Гринберг оценивает в сумму от трех до пяти гульде­нов. Наконец Шлезингер спрашивает:
—  Скажите, Гринберг, а что, в этом городке вообще нет порядочных женщин?
— Конечно, есть, — отвечает тот. — Только они очень до­роги.

еврей, жена, кассир, торговец, шеф