Еврей из Галиции — оптовому торговцу в Вене:
— Я хочу купить у вас партию шелковых чулок.
—  Сейчас покажу вам образцы… Постойте, это не вы приходили ко мне вчера просить подаяние?
— Ну, я. У нас в Галиции так заведено: сначала мы про­сим подаяние, потом делаем гешефт. А у вас в Вене сперва делают гешефт, потом идут по миру.

Полицейский в Вене задерживает двух нищих евреев из Галиции.
— Где вы живете? — строго спрашивает он одного. (далее…)

Нищий, приглашенный в состоятельный дом, по-дет­ски радуется, глядя на серебряную хозяйскую посуду.
— Чего ты так радуешься? — удивляется хозяин. — Она же не твоя.
— А какая разница? Ведь, глядя на нее, мы оба испыты­ваем одинаковое удовольствие.
— Да, но я могу спрятать ее куда-нибудь, даже закопать, а ты не можешь.
— Если вы ее спрячете, нам обоим не будет от этого ни­какой радости.
— Согласен. Но я могу заложить ее. Или продать. (далее…)

Нищий, обращаясь к богатому родственнику:
—  У моей незамужней дочери, бедняжки, уже волосы седеют. Помогите мне! Дайте мне пару сотен гульденов на приданое!
—  Нет, я не настолько богат. Но ты можешь приходить ко мне в контору и каждый месяц получать по десять гуль­денов. Я сдержу свое слово: буду платить, пока жив.
— Ах, вы же такой везучий: прямо завтра и умрете!

Шнорер — богатому еврею:
—  Вы обещали давать мне каждый месяц по нескольку гульденов, пока я не соберу приданое своей дочери. (далее…)

Писатель Шолом-Алейхем, писавший на идише, дал следующее определение понятию «свобода»:
«Если у тебя ничего нет, ты можешь свободно умирать с голоду.
Если у тебя нет работы, ты можешь свободно биться го­ловой о стену.
Если ты сломал себе ногу, ты можешь свободно ходить на костылях.
Если ты не в состоянии прокормить семью, ты можешь свободно идти побираться.
А если ты умер, ты можешь свободно быть похоронен­ным».

— Дайте же мне хоть грош!
— Такому здоровяку, как ты, я милостыню не подаю. (далее…)

Нищий из Подолья впервые приезжает в Берлин. На вокзале он видит дверь, через которую то и дело входят и выходят спешащие господа. Он пытается разобрать надпись над дверью, но слово ему незнакомо…
Из двери выходит хорошо одетый, толстый еврей. Попрошайка думает: должно быть, там какая-то бойкая торговля, этот господин как раз получил приличный барыш и у него прекрасное настроение… Он подходит к господину с протянутой рукой, и тот дает ему одну марку.
Попрошайка, разочарованно:
– Всего-то? А ведь мы с вашим папашей были на «ты»!
– Как? Вы знали моего отца? (далее…)

Шнорер (попрошайка) – хозяину:
- От вашего подаяния пользы мало, дайте мне лучше какую-нибудь должность на вашем предприятии.
- Но у вас же нет никакой подготовки!
- А зачем мне подготовка? Смотрите, моя еврейская голова – это же первый класс! Наверняка вам когда-нибудь понадобится хороший совет. Вот и возьмите меня на должность советника. (далее…)

Нищий после очередного похода за милостыней возвращается домой и рассказывает жене:
- Это было так здорово! Они все из-за меня перессорились! В синагоге, куда я всегда прихожу перед шабесом, после службы один богач говорит другому: «Пускай он идет к тебе!» А тот отвечает: «Нет, пускай к тебе!» Потом собралось много народу, и все кричали, чтобы я шел к кому-нибудь другому. Они до сих пор там из-за меня спорят. (далее…)

Бохер (учащийся иешивы) приглашен на обед в зажиточную семью. К столу подают творожники, и студент поглощает их в невообразимых количествах. В конце концов хозяин не выдерживает:
- Скажите, вы всегда едите с таким удовольствием?
Бохер, с полным ртом:
- Вы и представить себе не можете, что это было бы, если бы я ел с удовольствием!

- Завтра иешиве-бохер опять придет к нам обедать, и уж я все сделаю, чтобы он ел!
- Он что, такой застенчивый? (далее…)