—  Ой, Миша, ты знаешь? Циле подарили такие ходики… «кукушка» называется.
—  А, знаю… с кукушкой.
—  Нет, не скажи. Каждые четверть часа открыва­ется дверца, из которой выкатывается броневик с вождем на башне, и он, размахивая кепочкой вот так кричит: «Ку-ку, привет!»

Идет обучение новобранцев. Разборка и сборка автомата в полной темноте. Быстрее всех справился рядовой Рабинович. Старшина говорит:
—    Вот, берите пример с Рабиновича. Плохой сол­дат, а старается.

Старшина говорит новичкам в Афганистане:
—    За каждого взятого в плен душмана командова­ние платит тысячу афгани.
—    Сколько-сколько? — спрашивает рядовой Циперович.
—   Тысячу! Только ты сначала поймай.
Циперович уходит в разведку. Два дня его нет, а на третий он идет по дороге и ведет целую шеренгу пленных душманов.
—     Принимайте, товарищ старшина! И не забудь­те: за каждого по тысяче.
—     Циперович, имей совесть! Вон ты их сколько привел. Давай хоть по пятьсот.
—   Здравствуйте! По пятьсот я им сам плачу.

Еврей стоит у памятника Суворову и читает над­пись: «Сувойррров…» Полковник, стоящий рядом, передразнивает: «Сувойррров…»
— Что вы мене копируйте, вы ему копируйте!

Двух евреев, одного со сроком десять лет, а дру­гого — пятнадцать, поместили в одну камеру. Тот кому дали пятнадцать, говорит:
—   Хаим, ложись ближе к двери. Тебе раньше вы­ходить.

Афганистан, еврей, Рабинович, солдат