Формирование национальной идентичности как условие интеграции иммигрантов в Израиле

В Израиле социально-профессиональный статус и характер расселения подавляющего большинства иммигрантов резко из­менился, превратившись в «перевернутую пирамиду»: более двух третей из них заняты трудом низкой и средней квалификации, не требующим высшего образования; примерно треть иммигрантов живут в больших городах; не более трети из них относят себя к среднему классу по доходам и уровню жизни. Кроме отсутствия национальной солидарности и гражданского единства в стране, они были разочарованы масштабами бюрократии и государствен­ного вмешательства в экономику, научно-технической отсталос­тью многих отраслей производства, явными недостатками систе­мы образования, чрезмерным влиянием религиозной ортодоксии на общественную и личную жизнь граждан.

Существенный разрыв между ожиданиями и реальностью стал для большинства русскоязычных иммигрантов основным препятствием в процессе аккультурации и интеграции в Израиле. В этих условиях процессы формирования этнической и нацио­нальной идентичности иммигрантов с неизбежностью приобрели непоследовательный, противоречивый, нередко негативный ха­рактер. Ни государство, ни общество не предложили различным социально-демографическим группам иммигрантов продуман­ных, последовательных, долгосрочных программ интеграции — профессиональной, культурной, духовной.

Оказалось, что недостаточно быть просто евреем, чтобы, приехав в Израиль, успешно интегрироваться. Даже полное соот­ветствие критериям Галахи религиозных репатриантов из стран Европы и США не является гарантией успешной интеграции — многие из них покидают Израиль. Это тем более относится к им­мигрантам-неевреям, этнокультурные связи которых с Израилем менее прочны. По имеющимся данным, число русскоязычных израильтян-неевреев, эмигрирующих из Израиля, в четыре раза превышает число евреев (Мей-Ами, 2006).

Во второй половине 90-х годов активизировались попытки государства облегчить процессы гиюра иммигрантов-неевреев с помощью институтов исполнительной власти. Бывший премьер- министр Израиля Ариэль Шарон и бывший лидер «русской» пар­тии «Исраэль ба-алия» Н. Щаранский при поддержке националь­но-религиозной партии МАФДАЛ предприняли серьезные уси­лия для того, чтобы существенно облегчить и ускорить прохожде­ние гиюра: с этой целью в Министерстве главы правительства бы­ло создано Управление по гиюру, организован Институт совре­менного иудаизма, открыты курсы Министерства абсорбции, принята специальная программа подготовки к гиюру в Армии обороны Израиля.

Благодаря этому в последние несколько лет число русскоязыч­ных иммигрантов, прошедших гиюр, существенно увеличилось и составляет более 2500 человек в год. Резкое увеличение числа но­вообращенных иммигрантов не может не вызвать определенных сомнений, возражений и даже противодействия. Главный раввин Израиля Шломо Амар предложил принять законопроект, направ­ленный против предоставления израильского гражданства неевре­ям. Он утверждает, что в последние годы понятие гиюра утратило Религиозный смысл, приобретя вместо него политический, когда «неевреи принимают иудаизм, чтобы поселиться в Израиле на ос­новании Закона о возвращении, но при этом не собираются стано­виться частью еврейского народа» (Главный раввин, 2006).

Приобщение к иудаизму, к религиозным и национальным традициям, несомненно, способствует становлению еврейской принадлежности и укреплению связи с еврейским народом. Од­нако религиозная и этническая идентичность далеко не всегда является необходимым и достаточным условием формирования содержательной, устойчивой национальной и гражданской иден­тичности у новообращенных. Формирование еврейской идентич­ности, в том числе религиозной, не вызывает автоматически из­раильской национальной идентичности. Это говорит о том, что взаимосвязь между различными видами идентичности совершен­но недостаточно исследована и разработана. Так, например, для иммигрантов из Эфиопии, особенно «фалашмура», прохождение гиюра в Израиле — обязательное условие для получения статуса «полноценного» еврея-репатрианта. Тем не менее община эфи­опских евреев превратилась в обособленный, закрытый сектор, успешность интеграции которого в израильском обществе вызы­вает большие сомнения.

По моему мнению, кампания массового гиюра, проводимая государственными учреждениями при участии ортодоксального религиозного истеблишмента, включая «поголовный» гиюр эфи­опских евреев и репатриантов из Индии («потомков Бней-Менаше»), является профанацией принципов иудаизма, проявлением миссионерства, чуждого еврейской религии и традиции. Бюрокра­тизация процедуры гиюра чиновниками от религии не способству­ет формированию духовных основ национальной идентичности.

Основа национальной идентичности — историческая кол­лективная память — не может быть усвоена иммигрантом в тече­ние ограниченного периода времени, благодаря краткосрочным курсам или лекциям.

Как показывает пример «русской», «эфиопской» и «амери­канской» алии, многие евреи-репатрианты первого поколения не становятся частью общества, если они не идентифицируют себя с Израилем, с его обществом, историей, языком, культурой и т.д. Если даже после многих лет жизни в Израиле все это остается не­знакомым и непонятным для человека, и он идет по улицам, на­званным в честь великих мыслителей и писателей, политических лидеров и героев Израиля, не зная и не понимая, где он находит­ся, это превращается в «синдром отчуждения», который не зави­сит от продолжительности пребывания в стране.

В настоящее время огромные средства вкладываются в про­граммы еврейской этнической и религиозной идентификации — «зеут иеудит» — в Израиле и странах диаспоры. Наряду с про­граммами еврейской идентичности должны быть разработаны программы формирования израильской идентичности — «зеут исраэлит» — прежде всего, среди иммигрантов в Израиле. По ана­логии с действующими программами гиюра государство должно разработать программы знания и понимания Израиля, его обще­ства, истории, культуры и традиций. Поэтому среди основных за­дач Министерства абсорбции и Министерства образования долж­но быть создание программ, знакомящих иммигрантов с истори­ей и культурой еврейского народа и Государства Израиль. Должны стать регулярными субсидированные экскурсии иммигрантов в музеи и картинные галереи страны, они должны участвовать в го­сударственных гражданских и военных церемониях в дни нацио­нальных праздников и памятных дней. Должны быть подготовле­ны книги об истории и культуре Израиля на языках крупных диа­спор и иммигрантских общностей: русском, английском, фран­цузском, испанском и амхарском.

Программы еврейской идентификации, оторванные от изра­ильской идентификации, не только не являются действенными, «не работают», но нередко даже опасны. Ни для кого не секрет, что прохождение гиюра во многих случаях выражает стремление приобщиться к еврейству только для того, чтобы не выделяться, «слиться» с обществом, решить конкретные проблемы социаль­ного и личного статуса.

Формирование израильской идентичности является зало­гом успешной интеграции. Маловероятно, что репатрианты из стран Европы и Америки, которым есть куда возвращаться, ос­танутся в Израиле, если у них не сформируется устойчивая связь с Израилем, национальная и гражданская принадлеж­ность к стране. Это особенно актуально в контексте серьезных усилий, предпринимаемых для активизации репатриации из стран Запада. По имеющимся многочисленным свидетельствам, многие из них возвращаются назад не только в связи с сущест­венными социально-экономическими различиями между стра­нами исхода и Израилем, но в значительной степени из-за того, что у новых граждан Израиля не сформировалась израильская национальная и гражданская идентичность, обеспечивающая глубокую и устойчивую связь с израильским обществом и госу­дарством.

евреи, Израиль, иммигранты, русские, статья