Разнообразие «русской» иммиграции

Как уже отмечалось, иммигранты из СССР/СНГ представля­ют собой сложную и разнообразную общность людей с различны­ми предысториями и судьбами. Эту общность можно разделить на две группы: «современных» и «традиционалистов», каждая из которых в свою очередь делится на подгруппы.

Группа «современных» иммигрантов делится на «западных» и «центральных». «Западные» — это те, кто до приезда в Израиль жил в западных районах бывшего СССР, на территориях, присо­единенных им с 1939 по 1945 годы, и еще сохранил воспоминания о досоветской еврейской и сионистской жизни. «Центральные» иммигранты жили прежде во внутренних районах СССР, где со­ветская власть была установлена вскоре после 1917 года. Они бы­ли совершенно отрезаны от еврейской жизни, особенно после Второй мировой войны (Сйекпап, 1994).

«Традиционалисты» — это евреи Грузии и некоторых других районов Кавказа, а также бухарские евреи. Их объединяет то, что даже в годы советской власти они жили религиозной еврейской жизнью, сохраняли семейные и общинные традиции, при этом каждая еврейская община была меньшинством в этнически близ­ком традиционном окружении. Иммигранты-«традиционалис­ты», приехав в Израиль, селились так, чтобы сохранить традици­онные семейные и общинные связи. В этом они не похожи на представителей марокканских, курдских и других традиционных еврейских общин, иммигрировавших в Израиль ранее. Естест­венно, их традиционализм столкнулся с противодействием со стороны доминирующей культуры современного Израиля; с тех пор существует постоянное напряжение между консервативными и прогрессивными элементами в израильском обществе, которое осложняет процесс адаптации иммигрантов. Временами это пе­реходит в напряжение между общинами, как это происходит в сфере религиозного образования. Например, в общинной школе бухарских евреев, спонсируемой богатыми членами общины, у девочек воспитывают стремление к самореализации с помощью образования и профессиональной карьеры, учат строить равно­правные семейные отношения вместо традиционного подчине­ния мужу. В телепрограмме, посвященной этой теме, сообщается, что поддержка такой смены традиций была далеко не единоглас­ной внутри общины бухарских евреев.

Поскольку идентификация израильтян постоянно изменяет­ся, то же происходит и с иммигрантами из СССР/СНГ. Поэтому исследовать эту группу следует, не ограничиваясь установленны­ми жесткими и узкими рамками, — необходимо выявлять дина­мику изменений, тенденции и направления развития этой новой общности. Приняв решение покинуть страну исхода и готовясь к отъезду, русскоязычные иммигранты в первую очередь решали проблемы восприятия Израиля — принимая его полностью или принимая нечто одно и отвергая другое и таким же образом изме­няя основы собственной идентификации. В широком смысле фундаментальные основы истории Израиля включают историю жизни евреев в стране, о возрождении нации и государства. В этой истории период жизни в странах еврейской диаспоры сво­дится к минимуму, как период зависимости и угнетения. Русскоязычные иммигранты достаточно легко принимают первую часть этой интерпретации истории, посколь­ку даже в советский период жизни они кое-что знали о древних еврейских героях. Но им намного тяжелее воспринять ее вторую часть, поскольку, как известно, русская история и культура для многих из них является ценностью, от которой они не могут от­казаться.

Израиль, иммиграция, русские, статья