Анекдотическая ситуация и острослов


Анекдотическая ситуация и острослов

Даже такой краткий анализ остроумия позволяет сделать не­которые выводы об анекдотических ситуациях и об авторах острот. Для появления острот эротического характера необ­ходим определенный, относительно высокий культурный уровень, который предполагает замену непристойности, ее исключение из рассказа. Агрессивные остроты предполагают некое сильное внутреннее и внешнее давление не только в том, что связано с эротикой, но и в политической, моральной, социальной сферах. А скептические остроты требуют значи­тельного уровня образованности в сочетании с горьким, бе­зыллюзорным взглядом на мир и критическим интеллектом.

Все без исключения формы тенденциозного остроумия, конечно, только множатся и расцветают, если давление пе­реживается, ощущается и отвергается осознанно. Какой-ни­будь самурай или пруссак, которые всей своей жизнью утверждают строгие жизненные правила, диктуемые тради­цией, не станут высмеивать эту традицию. Подобным же об­разом еврей, пока он верит в Бога, может служить объектом острот лишь в определенном, узко ограниченном круге.

Для того чтобы родилась тенденциозная острота, не должно быть ни малейшей возможности бороться против гнета иначе, нежели таким путем. Когда имеются реальные шансы духовной или политической революции, остроумие быстро переходит в памфлет, в лозунг и, наконец, в дейст­вие. Острить может лишь тот, кто страдает; тому, кто дей­ствует, не до острот.

Это соображение в конечном счете (здесь мы подошли к пункту, который упустил из виду Фрейд) должно рассма­триваться как существенный элемент, дополняющий даже сильное врожденное остроумие. Оно не одинаково развито у всех индивидов и у всех народов; даже у одного и того же народа оно меняется от эпохи к эпохе, от одной обществен­ной группы к другой.

Мы уже упоминали остроумие Генриха Гейне. Оно не было случайностью. Гейне был беден, преследуем по поли­тическим мотивам и ущемлен как еврей. Эти три причины, соединившись, усиливали, будили остроумие, данное ему от природы. Уже само положение, в котором он находил­ся — положение еврея в изгнании, — вполне для этого до­статочно; едва ли можно найти другой народ, который был бы столь беззащитным и столь же ясно сознавал свои стра­дания, как евреи.

Не случайность и то, что Фрейд, который первым так глубоко постиг суть остроумия, был евреем и что в своем исследовании он анализировал почти исключительно ев­рейское остроумие.

Тем не менее то, что мы имеем в виду, говоря о «еврей­ском анекдоте» в узком смысле слова, возникло лишь в Но­вое время, и притом лишь у одной-единственной группы евреев: у евреев, живущих в Восточной и Центральной Ев­ропе. Понять, почему это так, нам поможет краткий взгляд на историю евреев.



Как скачать?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *