Многие репатрианты, прежде всего с Востока, раньше понятия не имели о социальном и медицинском обслужи­вании, поэтому они то и дело злоупотребляли услугами уч­реждений типа больничных касс.
Один безработный еврей из Йемена ежедневно являлся в больницу и устраивал там скандал. Один день он как-то пропустил, и врач спросил его:
— Где ты был вчера?
— Вчера я болел, — объяснил тот.

На входной двери иерусалимского кафе «Вена» висит прейскурант:
Мокка — 10 пиастров
Мокка тонкого помола — 15 пиастров
Мокка очень тонкого помола — 20 пиастров
Мокка первый класс — 25 пиастров (далее…)

Арабо-израильская война. Бомбардировка Тель-Авива. Мойше сидит в погребе и размышляет вслух:
– Если уж англичане должны были подарить нам страну, которая им не принадлежит, почему бы не подарить нам сразу Швейцарию?

В период английской администрации в Палестине два еврея стоят ночью на посту охранения от враждебных соседей-арабов.
– Йося, – шепчет один, – ты можешь мне сказать, почему местные жители в далекие времена спокойно позволили патриарху Аврааму и его роду поселиться в этой стране, а сегодня арабы воюют с нами?
– Это очень просто, – шепчет в ответ Йося. – Авраам ссылался на обетование Бога, а не на мандат Лиги Наций.

У Стены плача в Иерусалиме старый раввин стонет:
– Боже, дай мне жить со своими!
Рядом стоящий вмешивается:
– Ребе, почему вы жалуетесь? Здесь же кругом свои!
Ребе смотрит на него, не понимая: (далее…)

—  Господин Дейч, вы уже немного научились говорить на иврите?
—  Всего несколько слов: шалом (приветствие, дослов­но — «мир вам»), бевакаша (пожалуйста), тода (спасибо).
— Но ваш сын наверняка свободно говорит на иврите? (далее…)

Небольшой портовый город Акко в Израиле называют «Аккорест», по созвучию с Бухарестом, потому что там жи­вет много румын. Портные там шьют костюмы с наглухо зашитыми карманами.
Глагольные формы в Тель-Авиве.
Три еврея стоят перед витриной часового магазина. Старожил мечтательно произносит:
— Такие часы я когда-нибудь буду иметь.
Поляк:
— Такие часы я давно имею.
Румын: (далее…)

В день поста и покаяния Йом Кипур румынский ев­рей приходит к йеке — и что же он видит? Тот сидит и обедает!
Румын возмущен, но йеке и не думает волноваться.
— Подумаешь! — говорит он. — Весь год я не краду, не лгу и не мошенничаю. В чем же мне каяться и зачем по­ститься?
Ошалевший румын выбегает на улицу и всем рассказы­вает:
— Представьте себе, какой идиот этот (далее…)

В периоды опасности мужчины Нахарии охраняли свой город по ночам. С несколькими винтовками они вы­двигаются к ливанской границе. Во главе одного такого па­труля идет господин X., старый йеке. Вдруг раздается по­дозрительный шорох.
—  Кто там? — кричит господин X. по-немецки. Оттуда доносится ответ на иврите. Тогда господин X. кричит сры­вающимся голосом: — Сейчас же говорите по-немецки! Иначе буду стрелять!

У йеке, недавно приехавшего в Израиль, еще нет квар­тиры, и он ночует в снятом с рельсов вагоне. Ночью, в од­ной рубашке, трясясь от холода, он ходит вдоль вагона взад и вперед.
— Что случилось? — спрашивает его товарищ по несча­стью.
— Не мог заснуть и покурить захотелось.
— А зачем вылезли наружу? (далее…)

Темой многих израильских анекдотов стали противоречия между различными группами эмигрантов. Давно осевшие здесь потомки сионистской интеллигенции из России счита­ются далекими от жизни идеалистами, польские и литов­ские евреи изображаются в анекдотах как пройдохи, румынские — слывут обманщиками. Но большинство насме­шек относится к немецким евреям, так называемым йекес. Эта кличка происходит от немецкого Jаске (пиджак, курт­ка), то есть европейской, западной одежды, в отличие от традиционной одежды ортодоксальных евреев. Йекес (в единственном числе — йеке) высмеивают за немецкий наци­онализм, плохое знание Талмуда, слабый иврит и отсутст­вие деловых качеств.
— В чем разница между йеке и девственницей? (далее…)

Владелец апельсиновой плантации видит, что на одном из его деревьев сидит бородатый еврей и ест апельсины. Он строго кричит тому снизу:
—  Ты что, Библии не читал? Там же написано: не ук­ради!
Еврей с дерева:
—  Какая все же прекрасная страна — Израиль! Сидишь себе на дереве, ешь апельсины, а тебе еще и Библию цити­руют!

Временами в Израиле некоторых продуктов не хватало.
Длинная очередь за продуктами. Один из из очереди не выдерживает и уходит, бросив через плечо: (далее…)

В Израиле есть немало ортодоксальных евреев, но значи­тельная часть населения не очень-то соблюдает религиоз­ные законы. Даже строгие правила субботы тоже нередко нарушаются.
Один шофер-нееврей живет в Израиле. Он принадле­жит к христианской секте, чтущей субботу, и, следователь­но, отказывается в шабес водить машину. И вдруг его ви­дят в субботу за рулем!
— Что случилось? — спрашивают у него.
— А я перешел в иудаизм…

Набожный еврей приехал в Тель-Авив. В субботу он сидит в отеле за завтраком и вдруг видит: два еврея курят! Вне себя от гнева, он подзывает хозяина отеля и спрашивает его:
— Вы это видели?
— У нас здесь, в Израиле, никто не принимает такие ме­лочи всерьез. Курить в субботу — не грех, а удовольствие.
Еврей смотрит в окно и видит, что многие евреи садят­ся в машины.
— Пфуй! (далее…)

Один польский раввин приехал в Израиль. Его друг, приехавший туда немного раньше, встречает его в порту и показывает ему Тель-Авив. Приходят они и на пляж. Там на солнцепеке лежат сотни молоденьких девушек, почти без всякой одежды.
— Что это они делают? — спрашивает ребе.
— Поджариваются на солнышке.
Ребе поражен: (далее…)