Еврейская музыка. Часть четвертая


Еврейская музыка Нового времени и эпохи «Хаскалы»

Изменение общественно-политической атмосферы в ряде европейских стран, — в частности, проникновение идей национальной и религиозной терпимости в сознание образованных слоев общества, — вызвало встречное движение в еврейской среде. Оно ставило целью приобщение еврейского народа к ценностям европейской культуры, очень часто вопреки более чем яростному противодействию костного, по-бараньи тупого духовенства. Сторонники еврейского просвещения, — Хаскалы, — призвали своих единоверцев к пересмотру традиционных установок, в том числе связанных с музыкальной стороной культа.

Началось, конечно, с подражательства соседям. К примеру, «хаскалисты» (уж будем так их называть) стремились ввести орган в синагогальную службу, как это практикуется у католиков. Один из основателей реформизма, германский банкир Исраэль Якобсон (1768-1828) построил синагогу с органом в Касселе (Бавария). В 1817 г. орган был установлен в частной синагоге, принадлежавшей Якобу Херцу Беру – отцу композитора Джакомо Мейербера. Бывали «просветления» даже в среде ортодоксов, — венгерский раввин Ахарон Чорин, человек явно со своей головой на плечах, опубликовал в 1818 г. книгу в защиту синагогального органа, полную ссылок на Тору и ТАНАХ. В 1820 г., была открыта синагога в Лейпциге, в которой были исполнены специально написанные для этого случая сочинения для органа.

самодельный деревянный орган

Реформистская конгрегация выпустила сборники еврейских религиозных гимнов на немецком языке по образцу протестантских сборников хоралов. Берлинский хаззан Л. Левандовский опубликовал несколько сборников литургических напевов, снабдив их собственным органным аккомпанементом. В его исполнительском творчестве европейская музыкальная культура органически сочеталась с национальной традицией.

Столь же удачно европейские заимствования соединялись с еврейской духовностью в пении кантора Венской синагоги Ш. Зульцера. Ференц Лист, неоднократно бывав в синагоге, где служил Зульцер, писал: «Мне довелось видеть и слышать, что может развиться из еврейского искусства, когда израильтяне воплощают все великолепие фантазии и воображения в формах, присущих их азиатскому гению».

Однако усилия некоторых реформаторов простирались дальше и имели целью максимально приблизить синагогальную музыку к общеевропейскому вкусу. Характерно в этом отношении творчество кенигсбергского хаззана Х. Вайнтрауба (1811 — 1881), в своих композициях весьма близкого к венскому классицизму. Образцам европейской классики следовал и французский кантор Эли Халфон Халеви, отец композитора Ж. Ф. Халеви. Другой французский кантор Исраэль Леви (1773 — 1832) выступал (впервые в истории синагогальной музыки!) на концертах с организованным им же в 1822 г. в Новой синагоге в Париже четырехголосным хором. Произведения другого парижского Хазана, Ш. Наумбурга, были созданы в стиле французской «классической» оперы.

Во второй половине XIX в. приобрело широкую известность собрание литургических мелодий польских, немецких и сефардских евреев, подготовленное и изданное кантором гетеборгской синагоги А. Бером.

Кто способен удержать лавину руками? В практике некоторых хаззанов заимствования переходили все границы: для молитвы «Адонай Мелех» использовали арию из «Травиаты» Дж. Верди, для «Шир ха-маалот» — тему из «Фра Диаволо» Дж. Мейербера. Подобные случаи становились предметом споров, высмеивания обезьянства, широких дискуссий, и, как правило, верность традиции и хороший вкус брали верх.

По сравнению с западным, восточноевропейское еврейство жило в условиях гораздо более замкнутых и самоограниченных. Глубокое влияние на музыку евреев тех мест (а впоследствии на музыку других общин, и современного Израиля), оказал хасидизм – религиозно-мистическое движение, возникшее в 30-х годах XVIII в. на Украине. Хасидизм призывал верующих к активной и веселой жизни в противовес похоронно-мрачному аскетизму, царившему в тогдашней религиозной жизни и быту. Одухотворенная молитва, сопровождаемая пением, заняла главенствующее место в каждодневной жизни хасидов. Важной частью ритуала стал танец, исполняемый под инструментальную музыку или пение.

Поскольку хасиды танцевали чаще всего в субботу и праздники, когда игра на инструментах была, как мы помним, запрещена, выработалась особая «инструментальная» манера пения: мелодия звучала при повторении междометий, имитирующих звучание ударных инструментов и т. п. Характерные особенности хасидских мелодий – симметричность и повторность мотивов, синкопированный[1] ритм, нисходящее постепенное движение мелодии.

Кроме танцев, хасидская музыка породила и культивировала жанр песни без слов, так называемый ниггун. Это обычно строгая, подчас суровая мелодия, отражающая страдания народа в диаспоре, но всегда пронизанная своеобразным еврейским оптимизмом.

хасидские цаддики (старинная фотография)

Авторство некоторых ниггуним приписывается основателю хасидизма Исраэлю бен Эли‘эзеру Баал-Шем-Тову, других – Шнеуру Залману из Ляд, родоначальнику династии Шнеерсонов и направления ХАБАД. Авторами песенных мелодий и ниггуним были такие выдающиеся цаддики, как Иехиэль Михаэль из Злочува, Леви Ицхак бен Меир из Бердичева, Нахман из Брацлава. Некоторые мелодии сочиняли хасидские профессиональные хаззаны, самым знаменитым из них был Иосеф Талнер (он же Иосеф Волынец, 1838-1919), «придворный» певец цаддика в местечке Тальное. Музыка и танцы хасидов заимствовали немало особенностей крестьянского фольклора украинцев, румын, поляков, венгров, но все же доминировал глубоко национальный еврейский характер.

В XIX веке, — под влиянием западноевропейских еврейских общин, — оживилась музыкальная жизнь в Восточной Европе. В юго-западной части Российской империи стали знаменитыми канторы, пытавшиеся обновить репертуар и стиль синагогальной музыки: Шломо Вайнтрауб (1781 — 1829), Бецалел Шулзингер (он же Цалел Одесер, 1790? — 1860), Иерухам Блиндман (он же Иерухам ха-Катан, 1798? — 1891). Однако старый стиль хаззанута по-прежнему имел многих приверженцев, его развивали на Украине и в Бессарабии (Молдове) Нисан Спивак (он же Ниси Белцер, он же Ниси Кешеневер, 1824 — 1906), в Литве и Польше Сендер Полячек (он же Сендер Минскер, 1786 — 1869) и его последователь, выдающийся мастер импровизации, Б. Карлинер. В львовской синагоге служил певец и композитор Барух Шор (1823 — 1904); посмертно были дважды изданы сборники его сочинений («Негинот Барух Шор», 1906 г., 1928 г.). В Галиции и Венгрии прославился Мордехай Стрелискер (он же Довидл Брод, 1809 — 1875).

Н. Блюменталь, организовавший в Одессе хоровую школу, первый среди хаззанов Восточной Европы усвоил стиль бельканто и использовал в литургии мелодии классической немецкой музыки (в 1901 г. в Одесской синагоге был установлен орган!)[2].

Одесса в первой половине XIX в.

Хаззан Элиэзер Мордехай Герович (1844 — 1913), тоже, кстати, одессит, издал сборники еврейской светской музыки. Популярным кантором и композитором был А. Дунаевский (1843 — 1911, дедушка поистине великого советского композитора И. О. Дунаевского), его музыка исполняется и сейчас. Некоторые творцы синагогальной музыки обучались у выдающихся композиторов: так, Иоэль Давид Левенштейн (он же Левензон; 1816 — 1850) обучался у польского композитора Станислава Монюшко, а Яаков Бахман брал уроки у Антона Рубинштейна.

В XIX в. было опубликовано много сборников канторских песнопений – как старых, так и новых. Появились исследовательские работы, посвященные хаззануту. Среди авторов этих работ традиционно выделяют Иосифа Зингера (1841 — 1911), уроженца Венгрии, Эдуарда (Ашер Аншл) Бирнбаума из Кенигсберга (1855 — 1920), собравшего богатейшую в мире коллекцию еврейской культовой музыки, ныне хранящуюся в «Еврейском Объединенном Колледже» (Цинциннати, США). Не отстал от них Гершон Эфрос (Эфрат; 1890 — 1978), сотрудник А. Ц. Идельсона и его последователь: в период с 1928 по 1969 гг. он выпустил в США 6 томов «Канторской антологии».

Среди собирателей и исследователей религиозной музыки сефардских общин выдающихся успехов добился Иммануэль Агиляр (1824 — 1904), записавший и упорядочивший культовые напевы сефардов (сборник «Старинные литургические мелодии испанских и португальских евреев», 1875).

Ну а лучшими канторами XIX — первой половины XX в. были Эфраим Залман Разумный (1866 — 1904), Аврахам Моше Бернштейн (1866 — 1932), Гирш Сирота и Йоссеф Шмидт…


[1] Cинкопа (греч. συγχοπὴ (συνκοπὴ), буквально – обрубание, сокращение), музыкальное смещение ритмической опоры с сильной доли такта на слабую, то есть несовпадение ритмического акцента с метрическим. Таким образом, синкопирование – суть неотъемлемый ритмический элемент регги, блюза, джаза, драм-н-бейса, некоторых видов рок-музыки и производных стилей.

[2] А все потому, что Одесса, — кстати, мой родной город, — всегда была бастионом анти-хасидизма. Нетерпимых, иступленно беснующихся в танцах, несущих цепи поистине сталинского тоталитаризма, хасидов здесь быстро раскусили свободолюбивые, веселые и насмешливо-мудрые одесские евреи. Раскусили – и выгнали взашей из города. Не помогли ни проклятия, ни завывания, ни каббалистические умопомрачения, ни мольбы. Не зря есть поговорка: «Вокруг Одессы земля на сто верст горит у хасида под ногами», то есть, Одесса – закрытый для хасидов город!

продолжение следует



Как скачать?

4 Responses

  1. Aleks Megen:

    Артём, великолепный цикл статей по еврейской музыке!
    Читаю с величайшим удовольствием и всегда жду продолжения! :mrgreen:

  2. :!: Сколько новых (для меня) имён!
    Как всё интересно!
    Спасибо Вам за такую огромную работу!
    Я на все Ваши статьи дала ссылки в своём ЖЖ. Текст не копировала. А теперь начала волноваться, что вдруг ссылки останутся пустыми, если Вы уберёте материал из и-нета.

  3. ХАИМ:

    Музыка Л. ЛЕВАНДОВСКОГО И ДРУГИХ АВТОРОВ не так давно вышла на замечательном компакт=диске…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *