Липе, красильщик по профессии, лежит с высокой тем­пературой. Фельдшер щупает его пульс и объявляет:
— Скарлатина!
—   Глупости, — протестует Липе. — Во-первых, мне семьдесят лет, а во-вторых, я еще в детстве болел скарла­тиной.
— А красные пятна у вас на руках?
— Так ведь я красильщик!
— Ваше счастье, — говорит фельдшер, — а то бы это на­верняка была скарлатина.

Раввин маленькой и бедной общины приходит к фельд­шеру с зубной болью. Тот вырывает ему больной зуб и го­ворит:
—  Я не возьму с вас платы. Скоро будут праздники — считайте это моим подарком.
— Хорошо, — соглашается раввин. — Только никому об этом не рассказывайте! Иначе община, вместо того чтобы прислать мне денег на праздники, попытается вырвать мне оставшиеся зубы.

—  Ну, господин Мандельштам, вы идете на поправку! Правда, у вас еще немного отекают ноги, но я не придаю этому никакого значения.
— Господин доктор, если бы у вас отекали ноги, я бы то­же не придавал этому никакого значения.

Кон выходит из кабинета врача и сталкивается со сво­им другом-заикой. Тот спрашивает:
— Ч-ч-то у т-т-те-е-бя з-з-за б-бо-лезнь?
— Простатит.
— А-а-а ч-ч-т-о эт-то т-та-к-к-ое?
— Видишь ли, я писаю примерно так, как ты говоришь.

Еврей из какого-то медвежьего угла в Галиции приез­жает в Вену и хочет за углом справить малую нужду. Под­ходит полицейский и объясняет, что в Вене это делать за­прещено. Еврей в отчаянии мечется по улицам — и вдруг видит вывеску еврейского доктора. Он тут же вбегает к не­му в кабинет.
—  Господин доктор, — вопит он, едва сдерживаясь, — я не могу пописать!
Доктор приносит сосуд и говорит:
—  Сейчас мы возьмем пробу… Погодите, но вы же за­просто это делаете!
— Конечно, — соглашается еврей, — но только когда мне разрешают.

Вена, врач, доктор, еврей, зуб, раввин