Майзель из Черновиц приехал в Вену по делам. Вече­ром он вознамерился пойти в театр.
— Что у вас дают сегодня? — спрашивает Майзель у кас­сира.
— «Что вам угодно».
— Отлично! Тогда пускай будет «Марица»!

Мориц смотрит в театре пьесу из рыцарских времен. На сцену выбегает оруженосец и кричит:
— Боевые кони поднимаются на дыбы!
—  Вот это рыцарская речь! — комментирует Мориц. — Сегодня сказали бы по-простому: «Конина дорожает!»

В опере.
— Янкель, почему этот господин во фраке все время уг­рожает палкой той даме, что на сцене?
— Шшш! Он ей не угрожает. Он дирижирует.
— А если не угрожает, почему она так вопит?

Известный банкир Натан крестился и принял имя Габель. Слугам он строго-настрого запретил произносить вслух свое прежнее имя.
Как-то он посылает слугу узнать, что идет вечером в драматическом театре. Слуга возвращается и докладывает:
— «Габель Мудрый»!

Курортный оркестр на открытой сцене.
—   Как прекрасно они играют «Иуду Маккавея» Ген­деля!
— С чего вы взяли? Это же кадриль Оффенбаха!
— Ага, я сразу почувствовал, что тут что-то еврейское.

—  Ваш сын, господин Кон, играет на скрипке, как вто­рой Сарасате, — говорит учитель музыки.
Отец, со вздохом:
—  Я предпочел бы, чтобы он играл на бирже, как его отец!

Во времена Бисмарка был еврей-депутат Ласкер. О нем ходила такая эпиграмма: «Семь городов спорят за честь быть местом рождения Ласкера: Шримм, Шрода, Бомст, Межерич, Кротошин, Кроянке, Филейне».

банкир, Вена, еврей, оркестр, пьеса, театр