На улице один еврей отвешивает пощечину другому, потом застывает на месте и говорит:
— Ой, простите, пожалуйста, я принял вас за Янкеля!
— Ну, а если бы я был Янкель — тогда можно?
— А вам какое дело до Янкеля?

— Привет, Орнштейн!
— Я вовсе не Орнштейн.
— Господи Боже, как человек может измениться! Фигу­ра другая, цвет волос другой, нос — тоже, так мало того — еще и фамилию сменил!

— Привет, Хаим! — дружелюбно кричит еврей и хлопа­ет по плечу человека, идущего по улице перед ним.
— Ой, откуда вы меня знаете? Только меня зовут вовсе не Хаим.

Один еврей останавливает другого на улице:
— Когда я увидел вас издали, мне показалось, что я вас узнал. Потом, когда вы подошли ближе, мне почудилось, что это не вы, а ваш брат-близнец. Потом я понял, что это все же вы. Но теперь, когда мы стоим лицом к лицу, я ви­жу: это не вы и не ваш брат.

Рот жалуется судье, что Кан угрожает набить ему морду.
Судья:
— У вас есть свидетели?
— А зачем? Я ему и так поверил!

— Вчера у меня был Мендель. Он хотел меня побить.
— Откуда ты знаешь, что он этого хотел?
— Ну, если бы не хотел, то и не побил бы.

—  Спорим, что я пну ногой в зад вон того господина, который завязывает шнурки на ботинке?
— А он влепит тебе пощечину.
— Не влепит. Потому что я ему скажу: «Пардон, я при­нял вас за Леви!»
Сказано — сделано. Тот господин оборачивается и с раз­маху бьет нахала по морде.
—  Так почему же вы не сказали ему: «Я принял вас за Леви»?
— Потому что это и в самом деле был Леви!

еврей, свидетель, судья, улица, фамилия