Вайс впервые пришел на бега. Он поставил на никому не известную лошадь — и выиграл! Тотализатор выплатил ему 641:10.
Пинкус стоит рядом, бледный как полотно, и просит:
— Ну скажи мне, кто дал тебе этот совет?
—  А зачем мне чей-то совет? Я прочел: «Конюшня Розенфельда, кличка лошади — Рахель». Вот я и сказал себе: это же еврейская лошадь, уж как-нибудь прорвется!

Макс стал советником коммерции. Новак очень удив­лен этим:
—  Смотри-ка, а я и не знал, что Макс тоже еврей!

Бедный коммивояжер говорит шефу:
— Я хотел бы жениться на вашей дочери.
— Это называется наглость! Вон отсюда!
— А если бы я был компаньоном богатого Блоха, я по­лучил бы ее?
— Конечно. Но это же чистый бред!
Коммивояжер идет к Блоху:
— Я хотел бы стать вашим компаньоном.
— Это называется наглость! Вон отсюда!
— А если бы я был зятем своего шефа, вы бы согласи­лись?
— Конечно. Но ведь это бессмыслица!
Три месяца спустя коммивояжер стал и тем, и другим.

Фрау Грюн ездила на лечение в Баден-Баден. В ваго­не, по пути домой, она то и дело об этом говорит.
—А куда вы поедете отдыхать? — высокомерно спраши­вает она бородатого еврея в лапсердаке.
— Ну, куда же еще, — отвечает тот, — в Гомель-Гомель.

В чрезвычайно тщеславном венском обществе в свое время ходила шутка: мол, «директор» — это просто еврейское имя.
Кон — постоянный посетитель одной из венских кофе­ен. Правда, он разорился, но очень услужливый и вежли­вый официант, не обращая на это внимания, называет его по-прежнему «господин директор»:
— Не желает ли господин директор маленькую кружку темного? Стакан воды для господина директора — и т.д.
Кон равнодушно принимает его любезность. Но однаж­ды он входит в кафе в приподнятом настроении. Когда официант, по обыкновению, приветствует его: «Имею честь, господин директор!», он знаком просит его отойти в сто­ронку и как бы невзначай сообщает:
— Франц, вы можете опять называть меня просто «гос­подин Кон» — я уже приобрел себе другой магазин.

Вена, директор, еврей, имя, лечение, лошадь, советник